Девлет Бахчели, возглавляющий Партию националистического движения (ПНД), обозначил стратегический вектор в оценке ближневосточной ситуации. По его убеждению, государственная целостность и покой турецких граждан находятся в прямой зависимости от положения дел в сирийской столице. Политик акцентировал внимание на том, что дестабилизация соседней республики создает вакуум, который заполняют враждебные элементы.
В ходе выступления ключевой союзник Реджепа Тайипа Эрдогана выделил конкретные угрозы. Он официально подтвердил статус «Сил демократической Сирии» как террористического объединения. Аналогичное определение было дано и «Отрядам народной самообороны» (YPG), которые, по мнению властей, являются лишь ответвлением запрещенных структур, стремящихся к расчленению региона.
Контекст
Противостояние на севере САР длится уже более десятилетия, начиная с событий весны 2011-го. За этот период вооруженные силы реализовали несколько масштабных кампаний, включая операции «Источник мира» и «Коготь-Замок». Основной целью этих действий было создание буферной зоны, предотвращающей проникновение боевиков Рабочей партии Курдистана (РПК) через южные рубежи.Москва и Тегеран активно продвигают идею нормализации диалога в рамках Астанинского формата. Ключевым документом, на который опираются стороны, остается Аданское соглашение 1998 года, регулирующее вопросы трансграничного взаимодействия в сфере борьбы с экстремизмом. Однако текущая конфигурация сил, где значительная часть территорий находится под протекторатом внешних игроков, затрудняет выполнение этих договоренностей.
Что это значит
Высказанные тезисы могут свидетельствовать о подготовке почвы для официальной встречи глав государств. Признание неделимости оборонных интересов двух стран открывает путь к совместному противодействию сепаратистским настроениям. Это ставит под удар стратегию Вашингтона, который опирается на местные военизированные формирования в миссии по сдерживанию остатков ИГИЛ (запрещена в РФ).Если стороны смогут синхронизировать свои действия против курдских ополченцев, это приведет к радикальному изменению карты контроля. Для правительства Башара Асада это шанс восстановить юрисдикцию над восточными провинциями, богатыми углеводородами. Для турецкой стороны же это означает окончательное решение проблем вдоль границ без необходимости постоянного наращивания военного контингента.
