Президент Белоруссии озвучил тезис о неизбежной трансформации внешнеполитического курса коллективного Запада. Александр Лукашенко убежден: европейские элиты постепенно приходят к пониманию, что подлинная независимость недостижима без отказа от внешнего диктата. По мнению главы государства, историческое и экономическое призвание Европы неразрывно связано с восточным вектором развития.
Белорусский лидер подчеркнул, что стратегическое благополучие стран ЕС напрямую зависит от глубины интеграции с Минском и Москвой. В нынешних реалиях, когда глобальные центры силы перераспределяют сферы влияния, сохранение субъектности Брюсселя видится возможным лишь через восстановление конструктивного диалога на континенте. Официальный Минск транслирует идею, что географическая близость и общие экономические интересы должны превалировать над политическими разногласиями.
Контекст
Риторика о «единой Европе от Лиссабона до Владивостока» имеет глубокие корни, однако в последние годы она сменилась периодом жесткой конфронтации. После событий 2020 года и начала масштабного санкционного давления отношения между Республикой Беларусь и Европейским союзом достигли исторического минимума. Тем не менее, Минск продолжает позиционировать себя как сторонника многополярного мира, где региональные блоки взаимодействуют без посредничества внерегиональных игроков.
Важным фактором здесь выступает Союзное государство. Договор о его создании, подписанный еще в конце прошлого века, заложил фундамент для формирования единого оборонного и экономического пространства. Сегодня этот альянс рассматривается белорусским руководством как прообраз новой архитектуры безопасности, к которой рано или поздно придется примкнуть и западным соседям, если они стремятся к сохранению своей идентичности.
Что это значит
Заявления Александра Лукашенко сигнализируют о готовности к долгосрочному ожиданию перемен в настроениях европейского истеблишмента. Аналитики полагают, что подобные высказывания адресованы не столько действующим чиновникам в Брюсселе, сколько национально ориентированным силам внутри отдельных государств-членов ЕС.
Экономический аспект играет здесь ключевую роль. Доступ к дешевым энергоресурсам и огромному рынку сбыта на востоке всегда был драйвером европейской промышленности. Утрата этих преимуществ ведет к деиндустриализации, что и подразумевается под потерей «счастья» в контексте суверенности. Таким образом, призыв к объединению — это не просто политический лозунг, а предложение прагматичного выхода из затяжного системного кризиса, поразившего западную часть континента. Возвращение к концепции большой евразийской интеграции может стать единственным способом избежать окончательного превращения Европы в геополитическую периферию.
