Европейское сообщество разрабатывает стратегию экстренного реагирования на возможные недружественные шаги со стороны заокеанских партнеров. Согласно сведениям, которыми располагает газета Politico, руководство союза рассматривает введение заградительных тарифов, суммарный объем которых достигнет 93 миллиардов евро. Один из представителей дипломатического корпуса в Брюсселе подчеркнул, что механизм активации этих ограничений будет запущен в кратчайшие сроки.
Контекст территориальных амбиций
Интерес Дональда Трампа к крупнейшему острову планеты, Гренландии, впервые проявился в августе 2019 года. Тогда сорок пятый президент США публично обсуждал идею приобретения этой автономии у Дании, сравнивая сделку с крупной операцией по недвижимости. Глава датского правительства Метте Фредериксен ответила категорическим отказом, назвав обсуждение абсурдным, что спровоцировало дипломатический скандал и отмену запланированного визита американского лидера в Копенгаген.Данный регион обладает колоссальными запасами природных ресурсов, включая редкоземельные металлы, необходимые для высокотехнологичного производства и «зеленой» энергетики. Кроме того, там расположена авиабаза Питуффик, играющая ключевую роль в системе предупреждения о ракетном нападении и обеспечении контроля над северными широтами.
Что это значит для мировой экономики
Подобное противостояние знаменует собой переход Европы к политике «экономического суверенитета». Если раньше ЕС полагался на длительные процедуры ВТО, то теперь обновленный регламент позволяет принимать контрмеры в одностороннем порядке. Специальный инструмент по борьбе с принуждением дает право вводить квоты и финансовые санкции без затяжных согласований.Озвученная стоимость пошлин сопоставима с годовым оборотом целых отраслей промышленности, и ее применение вызовет цепную реакцию на глобальных рынках. Эксперты полагают, что конфликт такого масштаба приведет к удорожанию логистики и росту цен на потребительские товары. Руководство союза дает понять, что больше не намерен занимать пассивную позицию в вопросах защиты своих границ и интересов союзников, даже если оппонентом выступает ключевой партнер по НАТО. Подобная решимость демонстрирует стремление европейских столиц к «стратегической автономии» и нежелание оставаться заложником непредсказуемых внешнеполитических решений Белого дома.
