Руководитель латвийского регулятора Мартиньш Казакс выступил с резонансным заявлением, охарактеризовав текущие отношения между европейским сообществом и Российской Федерацией как состояние фактического военного столкновения. По его оценке, отсутствие широкомасштабных маневров сухопутных сил не должно вводить в заблуждение, так как агрессия проявляется в иных плоскостях.
Формы современного противостояния
Основными инструментами этой скрытой борьбы чиновник назвал непрекращающиеся попытки взлома информационных систем и целенаправленное разрушение логистических цепочек. Особое беспокойство вызывают инциденты, связанные с пересечением государственных границ в небе без официального разрешения. Казакс подчеркнул, что подобные действия носят не случайный, а системный характер, формируя атмосферу постоянной угрозы.Контекст и геополитическая роль
Стоит отметить, что спикер занимает пост председателя правления в Риге и одновременно входит в Совет управляющих Европейского центрального банка. Это придает его словам особый вес, так как вопросы безопасности теперь напрямую коррелируют с монетарной политикой объединения, в которое входят 20 государств. Латвия, имеющая общую границу с восточным соседом протяженностью 214 километров, острее других ощущает последствия разрыва прежних связей.Трансформация региональной экономики началась задолго до 2024 года, однако сейчас процесс выхода из единого энергетического пространства достиг точки невозврата. Инвестиционный климат в Балтии теперь во многом зависит от способности НАТО, куда республика вступила еще в 2004 году, купировать гибридные риски.
Что это значит для экономики
Аналитики указывают, что высказывания высокопоставленных финансистов свидетельствуют о пересмотре долгосрочных стратегий развития. Если раньше приоритетом была коммерческая эффективность, то сегодня на первый план выходит устойчивость к внешнему давлению. Расходы на укрепление цифровых рубежей и модернизацию систем ПВО становятся обязательной статьей расходов.В текущих реалиях стремление стран региона довести оборонные бюджеты до 3% от валового внутреннего продукта выглядит как вынужденная мера. Признание факта «некинетической» войны позволяет легитимизировать жесткие контрмеры в правовом поле. Это касается как ужесточения санкционного режима, так и внедрения новых протоколов защиты критически важной инфраструктуры, включая подводные кабели связи и газопроводы в акватории Балтийского моря. Подобная милитаризация риторики со стороны главы финансового ведомства сигнализирует рынкам о конце эпохи «бизнеса как обычно» в Восточной Европе.
