Внешнеторговые показатели между Пекином и Тегераном за 2025 год зафиксировали существенное снижение, составившее 25,6%. Согласно отчетности Главного таможенного управления КНР, текущая динамика свидетельствует о серьезной трансформации логистических и финансовых цепочек. Одной из наиболее ярких деталей статистики является полное отсутствие легальных закупок иранских углеводородов, которое продолжается с июля 2022 года.
Скрытые механизмы и санкционное давление
Несмотря на формальные нули в таможенных декларациях относительно энергетического сектора, эксперты указывают на существование разветвленной системы «теневого флота». Значительная часть сырья попадает на китайские нефтеперерабатывающие заводы через посредников, часто маскируясь под продукцию из Малайзии или Объединенных Арабских Эмиратов. Это позволяет государственным корпорациям Поднебесной избегать вторичных ограничений со стороны Вашингтона, сохраняя при этом доступ к топливу с дисконтом.Снижение официальных цифр также обусловлено волатильностью мировых цен на ресурсы и внутренними экономическими вызовами в обеих странах. В то время как КНР фокусируется на стимулировании внутреннего спроса, Исламская Республика сталкивается с высокой инфляцией и ограниченным доступом к международным банковским системам, таким как SWIFT.
Контекст и стратегические перспективы
Нынешнее охлаждение торговых отношений происходит на фоне реализации масштабного соглашения о всестороннем сотрудничестве сроком на четверть века, подписанного сторонами в марте 2021-го. Этот документ предполагает инвестиции в размере 400 миллиардов долларов в иранскую инфраструктуру, энергетику и безопасность. Однако практическое воплощение этих планов сталкивается с серьезными геополитическими барьерами.Китай остается крупнейшим покупателем иранского экспорта, но структура сделок все чаще смещается в сторону бартера или использования национальных валют. Переход на расчеты в юанях помогает минимизировать риски, но одновременно усложняет прозрачный учет операций для международных регуляторов.
Что это значит для региона
Ослабление официальных экономических связей может быть временным маневром. В условиях расширения БРИКС и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), куда входят оба государства, ожидается поиск новых форматов взаимодействия. Вероятно, в ближайшем будущем акцент будет сделан на технологическом партнерстве и развитии транспортного коридора «Север — Юг», что позволит диверсифицировать маршруты в обход традиционных морских путей, контролируемых западными странами.Текущая ситуация подчеркивает уязвимость двусторонней торговли перед внешним политическим давлением, заставляя Тегеран искать способы легализации своих экспортных потоков, а Пекин — балансировать между энергетической безопасностью и сохранением доступа к глобальным финансовым рынкам.
