Юридическое противостояние между Банком России и европейским депозитарием Euroclear перешло в фазу оспаривания подсудности. Максим Кульков, выступающий защитником интересов организации из Брюсселя, в беседе с журналистами РБК озвучил требование о закрытии дела в отечественном арбитраже.
Основанием для такого хода послужила специфическая «юридическая оговорка», зафиксированная в документации. По мнению представителей ответчика, все конфликтные ситуации должны разрешаться на территории Бельгии. Речь идет о претензиях регулятора, объем которых достигает 18 трлн руб.
Контекст
Масштабный конфликт зародился весной 2022-го, когда международные расчетно-клиринговые системы прекратили обслуживание операций с российскими ценными бумагами. Это привело к фактической заморозке прав собственности тысяч инвесторов. Euroclear, являясь одним из крупнейших хранителей активов в мире, оказался в центре санкционного шторма. На его балансе осели не только частные средства, но и часть золотовалютных резервов.Заморозка коснулась не только основного тела инвестиций, но и накопленных купонных доходов, а также дивидендных выплат. В Европе эти средства рассматриваются как источник для финансирования внешнеполитических инициатив, что вызывает резкое неприятие в Москве. Арбитражный суд города Москвы уже рассматривает десятки подобных заявлений, но иск от главного финансового ведомства страны выделяется своей монументальностью. В ответ на блокировку российские законодатели адаптировали процессуальный кодекс, позволив переносить споры в местную юрисдикцию, если санкции препятствуют доступу к правосудию в иностранных государствах.
Ключевым инструментом в руках российских юристов стала статья 248.1 Арбитражного процессуального кодекса. Она наделяет суды исключительной компетенцией по спорам с участием лиц, находящихся под ограничениями. Именно на эту норму, вероятно, будет опираться суд при оценке доводов о подсудности. Это создает ситуацию, когда международные контракты, подписанные в иную эпоху, сталкиваются с экстренным изменением национального законодательства.
Что это значит
Данный процесс является беспрецедентным по своему масштабу для юридической практики. Сумма требований сопоставима с годовыми доходами федерального бюджета, что подчеркивает критическую важность разбирательства. Если ходатайство защиты будет отклонено, это подтвердит курс на полную автономию правовой системы РФ от западных институтов.С другой стороны, признание зарубежной юрисдикции могло бы стать сигналом к поиску компромисса, однако в текущих геополитических условиях такой сценарий выглядит маловероятным. Правовой тупик заключается в столкновении двух систем. Местное законодательство ЕС запрещает исполнение решений, противоречащих санкционному режиму. В то же время российское право теперь опирается на приоритет защиты собственных граждан и организаций внутри страны. Исход дела установит новые правила игры в международном праве, где традиционные институты сталкиваются с политической реальностью.
